Салон красоты матисс: Салон красоты Матисс на Ореховом

Содержание

Платиновый пилинг: блестящий результат — Косметологические услуги — Статьи

Осень – традиционный сезон для пилинга кожи. Именно сейчас, когда солнце светит не так ярко, самое подходящее время для очищения и обновления. Салон красоты «Анри Матисс» представляет уникальный пилинг Platinum Touch Peel от корейского бренда Phymongshe.


Это поверхностный пилинг, который предназначен для коррекции эстетических и возрастных изменений кожи. За короткий срок вы получите отличный результат, сэкономив и время, и деньги.

В основе программы лежит комбинация салициловой и фруктовых кислот, а также специальные препараты для восстановления и обновления кожи.

Показания к Platinum Touch Peel:

  • Возрастные изменения кожи и профилактика таких изменений.

  • Тусклый цвет лица.

  • Постакне.

  • Гиперпигментация.

Как проходит процедура

В «Анри Матисс» представлено два варианта платинового пилинга, каждая программа длится около часа.

Platinum Touch Peel – Brilliant предназначен для профилактики возрастных изменений, борьбы с пигментацией, постакне и уставшим цветом лица.

Косметолог последовательно проходит несколько шагов. Очищает кожу с помощью специальной сыворотки, потом наносит увлажняющий гель, затем наступает время собственно платинового пилинга, а в завершении кожа защищается кремом от солнца.

Программа Platinum Touch Peel – Noblesse справится с выраженными возрастными изменениями и окажет мгновенный лифтинг эффект. В нее входит очищение сывороткой, платиновый пилинг, специальная лифтинг-маска, восстанавливающий тоник, масло для тонизации и крем для защиты от солнца.

Преимущества Platinum Touch Peel

  • Косметолог может адаптировать программу к индивидуальным потребностям каждого клиента.

  • Результат виден уже после первой процедуры.

  • Короткий курс.

Косметологи салона «Анри Матисс» ответят на все ваши вопросы по процедуре, проверят наличие противопоказаний и проведут пилинг бережно и комфортно. Добро пожаловать!

Салон красоты на улице Карла Маркса, Иркутск — 40 мест 💋 (адреса, отзывы, цены, фото, рейтинг)

— 40 мест

  • Мы составили рейтинг 40 салонов красоты на улице Карла Маркса;
  • Лучшие салоны красоты: реальные цены, отзывы, фото;
  • Салоны красоты на карте: адреса, телефоны, часы работы;

Лучшие салоны красоты — рейтинг, адреса и телефоны

Запрос в заведения — закажите услугу, уточните цену

Отправьте запрос — получите все предложения на почту:

Салон красоты на улице Карла Маркса — цены

  1. 07.02.2022 Анастасия: Сколько будут стоить просто сделать локоны?
    1. Кабинет перманентного макияжа Эстетка: Разве в моем профиле что-то сказано о стрижка и укладка?Будьте внимательны,пожалуйста.
  2. 29.10.2021 Оля: Хочу заделать пирсинг губы сколько будет стоить?
    1. Кабинет перманентного макияжа Эстетка: Я не могу заделать пирсинг губы.Я вообще не делаю пирсинг.
  3. 22.12.2020 Дана: Проколоть хрящь сколько стоит? И если проколоть мочки ушей цена?
    1. Кабинет перманентного макияжа Эстетка: Я не прокалываю уши.Извините..
  4. 22.12.2020 Светлана: Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, есть ли у вас услуга прокол ушей в области хеликса? И если есть, то какая стоимость?
    1. Кабинет перманентного макияжа Эстетка: Здравствуйте!Нет такой услуги.
  5. 17.12.2020 Светлана: Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, сколько стоит сделать пирсинг на ухе? И входит ли в стоимость сам пирсинг?
    1. Кабинет перманентного макияжа Эстетка: Добрый вечер!Я не делаю пирсинг.
  6. 17.08.2020 Елена: Сколько стоит проколоть нос сбоку? Есть в наличии? Когда можно сделать?
    1. Кабинет перманентного макияжа Эстетка: Здравствуйте!Такой услуги нет.
  7. 10.07.2020 Наталия: Здравствуйте! Сколько стоит депиляция бикини (глубокое)? И можно ли записаться на понедельник 13.07?
    1. Кабинет перманентного макияжа Эстетка: Добрый день!Я не делаю депиляцию.
  8. 14.02.2020 Игорь: Хочу сделать коррекцию бровей, для начала нужна консультация по виду коррекции, крайне интересует татуаж, биотатуаж, перманентный макияж.. Помогите выбрать оптимальный вариант
    1. Областной центр врачебной косметологии: Здравствуйте, такие процедуры мы проводим.

Интересные факты

Самые популярные особенности найденных мест: лечение гипергидроза ботоксом, волосковый татуаж бровей, боди-арт, контурная пластика, спа-процедуры.

Салон красоты — заведение, занимающееся косметическим обслуживанием мужчин и женщин. К этой же ветви обслуживания относятся салоны причёсок и спа. Салоны красоты в отличие от них занимаются в основном работой с лицами и телами людей.


Добавить салон красоты — бесплатная реклама вашей организации на HipDir.

Парикмахерская на проспекте Ленина , 43

Сегодня: 9:00 — 20:00

Режим работы на неделю

Пн: 11:00 — 20:00

Вт: 9:00 — 20:00

Ср: 9:00 — 20:00

Чт: 9:00 — 20:00

Пт: 9:00 — 20:00

Сб: 10:00 — 18:00

Вс: 10:00 — 18:00

Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России • Arzamas

Расшифровка

В 1904 году петербургский журнал «Мир искусства» перестал выходить. На не­которое время русские модернисты утратили печатный орган, который помо­гал знакомить заинтересованного читателя с тем, что происходило в современ­ном зарубежном художественном мире. Но процесс не остановился. Мирис­кус­ники познакомили в своем журна­ле читающую русскую публику с очень широ­ким спектром имен. Это было поразительное время, когда происходило откры­тие того, что Грабарь называл абсолютной terra incognita, того огромного мира совре­менной живописи, который в России знали, по признанию того же Граба­ря, ну, дюжина-полторы художников — те, кто путешествовал за рубеж, и те, у кого был живой интерес к актуальному, необычному, революционному ис­кус­ству. Это десятилетие — своего рода десятилетие некрологов. Если мы по­смотрим периодику той поры, то очень многие явления современ­ной западной живописи приходят к русско­му читателю поначалу как некролог того или ино­го ху­дож­ника. Первый номер жур­нала «Мир искусства» в 1898 году открывался стилизованным в духе модер­на, в духе ар-нуво объявле­нием о смерти «велико­го французского художника» Пьера Пюви де Шаванна. Назвать этого символи­ста «великим» было само по себе уже дерзостью для русского журналиста.

К концу выхода журнала «Мир искусства» русская публика, в общем, более или менее была осведомлена о том, что тво­рится в современном художе­ственном мире Европы, и нача­лось постепенное выстраива­ние стержневой линии разви­тия современной живописи, и ключевую роль здесь сыграла Всемирная выстав­ка 1900 года в Париже, «выставка столетия», когда на ретро­спективной экспо­зи­ции стало понятно, что именно из импрес­сиониз­ма растет современное ис­кусство и что импрессионизм — столь же великая живопись, как живопись XVI или XVII ве­ков, знако­мая каждому евро­пейцу по собранию Лувра. «Мир искус­ства» не успел опубликовать те фотографии, кото­рые были сделаны в коллек­ции Сергея Ивановича Щукина. Эти фотографии, эти иллюстрации были изда­ны в 1905 году в недолго жившем московском журнале «Искусство». Перед тем как они там появились, Игорь Грабарь написал Мстиславу Добужинскому в личном письме:

«„Мир искусства“ снимал в прошлом году массу фотографий из кол­­лек­ции картин Щукина. Теперь их покупает, кажется, „Искусство“. Ей-богу, это большее событие, чем все последние политические».

Это письмо датировано 20 фев­раля 1905 года, и очень просто вспомнить, что последнее политическое собы­тие — это массовый расстрел царскими войсками на петер­бургских улицах мирной рабо­чей демонстра­ции, Кровавое воскре­сенье, 9 янва­ря 1905 го­да. Это письмо помогает нам понять, чем же для совре­менников были картины импрессионистов и постим­прессионистов в русском контексте. Это был переворот устояв­шейся системы ценностей, сопоста­вимый с тем, что начиналось в Рос­сии, — с социальной революцией.

Первые годы ХХ века для Европы — это не просто эпоха принятия импрессио­низма как канонического искусства, как искусства, равного искусству прошло­го. Это время открытия того, что приходит на сме­ну импрессионизму, что вы­растает как бы из него и что пока не имеет имени. Мы сейчас называем твор­чество Сезанна, Гогена, Ван Гога постимпрессионизмом, но в годы, о кото­рых идет речь, этот термин еще не появился. Его придумал английский искус­ствовед Роджер Фрай в 1910 году, когда ему понадобилось как-то обозначить то искусство, которое пришло после импрессионизма, после Эдуарда Мане. Поэтому выставка в Grafton Gallery в Лондоне, организованная Фраем, назы­валась «Мане и художники-постимпрессионисты». Пока же эти люди не имеют единого имени, но всем понятно, что на фоне импрессионизма, внутри импрес­сионизма, в полемике с ним появи­лось некое новое явление, которое сейчас выходит, как Атлантида. Для нас эти три имени — это три кита живописи кон­ца XIX века, но для людей начала ХХ сто­летия каждый из них был неоткры­тым континентом и каждый из них представлял проблему, которую нужно решать, потому что живопись Сезанна, Гогена и Ван Гога разрушала огромное количе­ство конвенций, с которыми массовой публике XIX века было очень комфортно в выставочных залах.

В 1903 году в Париже откры­лась новая прогрессивная большая художественная выставка, к этому моменту уже четвертый мегасалон. Он по­лу­чил название Осеннего, поскольку открывался в октябре и длился месяц. Он был своего рода альтер­нативой двум огромным официальным салонам — Салону Елисейских Полей и Салону Марсова поля, а также альтернативой всеядному Салону неза­ви­симых, который был создан в 80-е годы XIX века и куда можно было при­нести, по сути дела, любую картину и выставить ее там. Жюри там не было, что по­зволяло, с одной стороны, показывать живопись совершенно непри­год­ную для официальных выставок, а с другой стороны, открывало ворота для огром­ного количества дилетантов. В этих салонах интересное терялось. Осен­ний салон должен был, сохранив модель, создать некую площадку, где было бы комфортно современным живописным исканиям. Собственно, эта задача была успешно решена, поскольку, в частности, жюри создавалось участниками Сало­на, выбиралось из худож­ников, и, кроме того, этот Салон поставил своей зада­чей не только показать совре­менное искусство, его прогрес­сивные искания, но и создать очень важную вещь — генеалогию современного искусства. Сей­час, когда мы имеем дело с безбрежным contemporary art, мы почти не стал­киваемся с очень важной проблемой, с которой столкнулось начало ХХ века. Тот абсолютно новый художе­ственный язык, которым заговорила живопись начиная с импрессионизма, должен был быть объяснен и понят — прежде всего той публикой, которая привыкла к классиче­скому искусству, но не была удо­вле­творена искусством официальным, искусством, которое следовало услов­ностям и стерео­типам. Для того чтобы это сделать, был один очень действен­ный ход — показать, что новая живопись на самом деле укоренена в традиции. 

В 1903 году в конце октября в Осен­нем салоне была открыта комната, посвя­щенная Гогену — художнику, о кото­ром слышали, которого время от времени видели, сочинения которого, посвященные таитянскому мифу, читали. Это была очень маленькая выставка, восемь картин. Но через несколько дней у Ам­бруаза Воллара, одного из са­мых предпри­имчивых и реши­тельных, смелых дилеров современного искусства, была открыта большая выставка — 50 картин с рисунками и моноти­пиями. Через год в Осеннем салоне прошла большая рет­роспектива Сезанна — 31 полотно. В 1906 году Осенний салон показал большую ретроспек­тиву Гогена — 227 картин из 24 частных коллекций. И вот эти вы­став­­ки перевора­чивали представ­ле­ние европейца о современной живопи­си. Во-первых, они показы­вали, что радикальные поиски той поры имеют от­цов и дедов. А во-вторых, они открывали для широкого зрителя тех художников, про которых люди в основном слышали, но очень мало видели. Это действи­тельно были поворотные годы, когда созда­валась мифология великих отцов современной живописи — Сезанна, Гогена и Ван Гога.

Уже тогда стало понятно, что каждый из этих мастеров представляет собой большую проблему. Особенно труд­ным в России было усвоение Сезанна, как это ни странно, потому что мы знаем, что нет страны, более благодарной Се­занну за художествен­ную науку, чем наша. В общем, нигде, кроме как в России, не сложи­лось явление, которое мы называем русским сезан­низмом. Но первый подход к весу, первая попытка осо­знать Сезанна русской критикой была драма­тичной. Степан Яремич, член мирискуснического движения, приятель Бенуа, в своем отзыве на выставку Сезанна писал:

«Что за ужасный глаз! Как портре­тист он не пишет своих персонажей, а оплевывает их и бьет по щекам. Невоз­мож­но без боли смотреть на искривленные в каких-то судорогах лица со ско­шенными глазами и сбитыми черепами. Это коллекция исключительных уродов, грязных и безжизненных, которые собраны и законопачены в банки таким же вялым и без всякой жизнеспособности любителем невозможного».

Игорь Грабарь, который был одним из самых осведомлен­ных в совре­мен­ных художе­ственных поисках русским критиком, признавался в своем разочарова­нии. Сезанн для него был самым серьезным разочаро­ванием за длительную европейскую поездку 1904 го­да. Он видел его экспозицию в берлинской галерее Пауля Кассирера: 

«Никогда Сезанну не встать рядом не только с такими ги­гантами, как Моне, Мане и Дега, но и с такими большими мастерами, как Ре­нуар. Во всем искусстве Сезанна есть одно огромное необычайное досто­ин­ство — это его искренность. Искренность — гораздо более редкая гостья в со­временном искусстве, чем это принято думать. Энергичные натюр­мор­ты с су­ровыми и почти металлическими контурами, бодрыми, не ком­­­промиссны­ми, а смело говорящими за себя красками, — в них есть какая-то откровенная наго­та природы, та слегка циническая наго­та, которая в тысячу раз милее и драго­ценнее ханжеских и лицемерных нарядов, в которых щеголяет орди­нарное выставочное искусство. И вот, несмотря на все то хорошее, что я наговорил по адресу Сезанна, я все же ушел с его выставки совершенно разочарованным. Я не нашел в ней само­го главного — того grand art, большого искусства, перед которым преклоняется столько людей, мнением которых я искренне дорожу. Он интересный, но не великий художник». 

Александр Шервашидзе, рус­ский живописец и театраль­ный художник, кото­рый также известен под своей абхазской фамилией Чачба — он был потомком последних правите­лей независимой Абхазии, — человек, укорененный в па­риж­­­ской художе­ственной жизни, проведший десяти­летие в столице Франции, был пер­вым, кто попытался создать симпа­тичный образ Сезанна:

«Между всеми художниками, принимавшими участие в движении живо­писи последней чет­верти XIX столетия, Сезанн остался до сих пор наиболее неизвестным, неоце­ненным и непонятым. Нет колебания, нет сомнения, вся жизнь — долгий труд, посвященный преследованию од­ной цели, одной химеры: воспроизвести точ­ные впечатления… окру­жаю­щей жизни. Он не имел учителей, он один, он един­ственный, и судь­ба подарила ему величайшее благо, которое можно по­желать каждому выдающемуся человеку, — одиночество».

Шервашидзе поста­рался объ­яснить Сезанна единственным возможным в этот момент, как ему кажется, способом — он представил его в образе одинокого романтического гения, чело­века, одержимого одной задачей — правдивая пе­редача собствен­ного впечат­ления, и таким образом поста­рался приблизить его к пони­манию читателей. Как бы то ни было, язык этих художников представ­лял поначалу очень серьез­ную проблему для понимания, усвоения, оправдания. Но сра­зу стало понятно, что эти три мастера начинают выполнять примерно ту самую роль, которую импрес­сионизм выполнял в 1890-е годы: еще не совсем было понятно, про что это, но было ясно, что это разрыв с прошлым и что это свобода.

Очень хорошо показывают, чем искусство постимпрес­сионистов было для мо­лодых живописцев той поры, письма Кончаловского из Парижа к своему другу Илье Машкову. Для него творчество откры­ваемых там Сезанна, Ван Гога, а по­том Матисса знаменовало прежде всего освобождение от условностей и откры­тие целого мира возможно­стей, которые были совершенно непредставимы для человека, про­шедшего художественную школу с ее неизбежной рутиной, пусть даже в очень мягком варианте Москов­ского училища живописи, ваяния и зод­чества. Вот что пишет Конча­ловский из столицы современной живописи:

«Дей­ствительно, если Сезанн и Ван Гог показали, что самое ценное в ис­кус­стве — сохранение ребяческого чувства, не забитого условностя­ми, создан­ны­ми дол­гими веками, если они показали, что освобожде­ние от всех этих традиций есть истинный смысл настоящего искусства, этим одним они открыли для нас це­лый мир образцов в тех самых фресках, которые теперь перед Вами».

А Машков едет в это время изучать фрески раннего итальянского Возрожде­ния, и здесь очень интересно получается, что для этого поколения нет принци­пиаль­ного различия между тем, что называлось «итальянские примитивы», и живописью Сезанна и Гогена. Собственно говоря, идея простоты как осво­бождение от условностей, как возвращение к подлин­ности проступает здесь с осо­бой силой. Это же стержневая идея европейской культуры как минимум с XVIII века, если не даль­ше. То, что мы вос­принимаем как искусство, ориенти­рованное в буду­щее, или искусство современности, людьми той поры понима­лось как резуль­тат сложного вза­имо­действия между абсо­лютно новым художе­ственным язы­ком и тради­цией, причем традицией максимально глубокой, той тради­цией, кото­рая очищена от школы, рутины, которая уводит нас к перво­зданной про­стоте.

Зачерпнувший французской худо­жественной свободы Кончаловский не раз­деляет свой опыт художника, приобщающегося к револю­цион­ной живописи, и чело­века, борющегося с рутиной русской жизни. Он пишет другу:

«Мое разгоряченное вооб­ражение скверно рисует мне мою родину. Я так тоскую, что скоро из меня сделают серого раба, лишь только я перееду границу. Раб начинается в таможне, когда жандарм спросит паспорт. Вы не подумайте, что я затрагиваю наше политическое поло­жение — мы уже далеко двинулись в этом отношении, и скорее не мы, а народ. Но сидит где-то это тихое рабство. Разве можно в России любить Сезанна или Гогена? Вы должны любить свое, русское, а эти шалости надо бросить. Не буду больше расстраивать Вас и себя, вдохну, что есть здесь светлого и высокого, и постараюсь прибыть с маской презрения на лице — другого выхода нет. И колоссальная выдержка, и колос­сальная вера, и любовь должны сопровождать въезжающего в Россию. Надо быть гранитным!» 

Напоминаю, что в это время русский человек почти не мог увидеть Гогена. Один Гоген был куплен Михаилом Моро­зовым, первым русским коллек­цио­нером, собиравшим постимпрес­сионистов, но в целом как феномен он мог быть скорее почувствован, чем узнан. Но уже в ноябре 1905 го­да Валерий Брюсов в своем журнале «Весы» в статье «Свобода слова» поле­мизирует не с кем-нибудь, а с гос­подином Лениным и его статьей «Партийная органи­зация и партийная литера­тура», которая впоследствии стала одной из основ совет­ской теории культуры. Эта классическая статья требует от ху­дож­ника сознательно социально-политического выбора, заявленной пози­ции. Она выступает против того, что большевики называли бур­жуазным пони­манием свободы творчества. В этой статье, очень точно бьющей в слабые места ле­нинской прагматики, касающейся художественного творчества, Брюсов не­ожи­дан­но прибегает к имени Гогена:

«„Свободны ли вы от Вашего буржуазного издателя, господин писатель, от Вашей буржуазной публики, которая требует от Вас порногра­фии?“ — спрашивает господин Ленин. Я думаю, что на этот вопрос не один кто-нибудь, а многие твердо и смело ответят: да, мы свободны. Разве Артюр Рембо не писал своих стихов, когда у него не было никако­го изда­теля, ни буржуазного, ни небуржуазного, и никакой публики, которая могла бы потребовать от него порнографии или чего-нибудь другого? И разве не писал Поль Гоген своих картин, которые упорно отвергались разными жюри и не на­ходили себе до самой смерти худож­ника никаких покупателей?» 

Есть ощуще­ние, что Брюсов немно­жечко бравирует этим именем, он демон­стри­рует свою прича­стность, свою осведомленность, и можно быть уверен­ным, что, если Вла­димир Ильич прочитал ответ Брюсова, имя Гогена осталось для него совершен­но пустым звуком. Но это тоже знак того, о чем писал Добу­жин­ский: в художе­ственном сознании на фоне политиче­ских перемен происхо­дит очень важный концептуаль­ный переворот — новая живопись выстраивает свою иерар­хию, свою последова­тель­ность и выявляет логику развития. Эта живо­пись, стреми­тельно откры­ваемая в России, как и во всей остальной Европе, узнается сразу. Еще современный историк искусства Марина Бессонова в свое время очень хорошо показала, что русские молодые художники, которых мы еще даже авангардом не можем назвать, усваи­вали то, что мы сейчас счи­таем эволюцией со­временной живописи, растянувшейся на десяти­летия, в очень конденсиро­ван­ный период — несколько лет, если не месяцев. Гоген и Сезанн узнава­лись прак­тически одновременно с Матиссом, и это тоже спо­соб­ствовало особой живо­пис­ной проблематике и энергии развития молодой русской живописи 1900–10-х годов.

Павел Муратов, который был офи­цером, уйдя с военной службы, после поездки в Европу вернулся убежден­ным поклонником совре­менной французской живо­писи, и в первое десятилетие ХХ века он начал вырастать в самого, одного из са­мых влиятельных модернистских крити­ков. Именно ему было суждено подвести итог деся­тилетию откры­тий. В одной из своих статей 1907 года он на­писал:

«Лет семь или восемь тому назад русская живопись переживала хоро­шее, бодрое время. Тогда, познавая свое, мы широко распахнули дверь навстре­чу всему, что было новым или, вернее, казалось нам новым на Западе. В широ­ко распахнутую дверь хлынул целый поток всевоз­можных влияний и в один миг сокрушил бытовую живопись передвиж­ников. Наша живопись уже при­надле­жит общему потоку живописи всеевропейской. Это, пожалуй, единствен­ное из наших искусств, кото­рое может быть полно воспринято иными культу­ра­ми… Приобщение к всеевропейской живописи было едва ли не главной при­чиной подъ­ема, испытанного в конце прошлого столетия. Да и тихое разочаро­вание последних дней дано нам тоже как мера близости и связи с живопис­ным искусством Запада».

Помимо замечательно точно и твердо сформулированного смысла новой от­кры­­тости русской живописи миру, здесь есть несколько стран­ных для совре­менного читателя утверждений. Во-первых, например, о том, что русская живопись действительно является тем из русских искусств, которые могут быть поняты другими нациями. Мы обычно считаем, что к такого рода искус­ствам относится у нас великая литература Толстого и Достоев­ского, музыка Чайковского и Мусоргского и театр. Но русская живопись, с точки зрения современ­ни­ка-наблюдателя, действительно за несколько лет усвоила уроки современной французской живописи и начала разгова­ривать на языке, адек­ватном тому, на котором гово­рили художники Европы этого времени, она не нуждалась в пе­ре­воде. Второе — это некое разоча­ро­вание, высказанное человеком 1907 года. Мы-то понимаем, что это время расцвета русского изо­бразительного искусства: это «Мир искусства», это «Голубая роза», это, нако­нец, готов­ность, беремен­ность русского искусства тем, что мы назо­вем потом русским авангардом. Но со­временник говорит о некоем разочаровании. Дей­ствительно, это надо немного пояснить, чтобы стало более понятным, что происходило затем в рус­ской живописи, да и в ми­ровой тоже.

На интернациональных евро­пейских выставках за авангард, за радикаль­ные поиски отвечал в основном пуанти­лизм, дивизионизм, неоим­прес­сионизм; то явление, которое было ответвлением импрессионизма, то явление, которое вослед Жоржу Сёра постаралось превратить мир в мозаику из мазков, сделан­ных чистым цветом, которая собирается в глазу зрителя, что превращает и ху­дожника, и зрителя в такую оптиче­скую машину, механизм, некую мечту философов XVIII века. Эта манера живописания была очень привлекательна, очень популярна, очень распростра­нена, но одновре­менно она утомляла очень быстро. И, если мы почитаем обзоры русских критиков, посвящен­ные фран­цуз­ским выставкам начала века, напри­мер Дягилева, мы увидим, что Дяги­лев заговорил очень рано о полупе­редовом искусстве. То есть речь идет о том, что открытия революционной живописи XIX века тиражи­руются и превращаются в свою противопо­ложность. Тот же Муратов написал замеча­тельно:

«Француз­ский импрессионизм поразительно быстро приспособился к заурядной, без­вкусной салонной живописи. Кто же не пишет теперь светлыми красками и кто не видит окрашенных теней?»

А Шарль Морис, соратник Го­гена, французский литератор-символист, прямо говорил:

«Импрессионизм не способен ни к ка­кому развитию. Художник-импрессионист является не человеком, а скорее прекрасным механиз­мом. Для него существует только окрашенный свет, погло­щаемый и отражаемый предметами».

Напомню, что для современ­ника импрес­сионизм — это вот эти вот красочные мозаики, это не вдох­новенные картины Клода Моне или Огюста Ренуара 1870-х годов. Поэтому чуткий наблюдатель вроде Александра Шервашидзе, пишущего в русских журналах, журналах из Па­рижа, говорит в эти годы: «В Париже гото­вятся перемены. Что это за пе­ремены — не знает пока никто». На самом деле теперь мы понимаем, что пово­ротной точкой на пути современной живописи стал Осенний салон 1905 года, когда там в одном из залов были показаны по­лотна движения, сложивше­гося вокруг Анри Матисса, известного нам теперь как фовизм, когда на смену дроб­ному мировидению пуантили­стов пришел очень цельный колористический взгляд. Собственно говоря, проблема пуанти­лиз­ма была решена. Мириады точек слились в огромные пятна, и эти пятна не давали отойти, эти картины все еще были результатом диалога художника с приро­дой. Но очень важно, что художник взял на себя активную роль — не просто аналитика, а синтетика. Теперь это был индивидуальный образ при­роды, ис­ключитель­но интенсивный и совер­шенно живописный. Это живопись, которая говорила сама о себе собственным язы­ком. Она не рассказывала исто­рий, она не уносила в символистские запредельные миры. Эта картина была здесь и сей­час, но при этом она открывала колоссальную свободу худож­ни­ка и требовала от зрителя умного соучастия.

Обложка журнала «Золотое руно». Январь 1906 годаWikimedia Commons

Исключительно важную роль в зна­комстве русского художе­ственного мира и русского чита­теля с совре­менным художественным процессом, в выстраива­нии системы новых приоритетов, в объ­яснении русскому человеку, откуда бе­рется совре­менная живопись, сыграл символи­стский журнал «Золотое руно». Сим­волизм к этому времени, к первому десятилетию ХХ ве­ка, стал, по сути дела, авангардом русского литера­турного и театрального развития. В 1904 году Валерий Брюсов, претендовавший на роль, в сущности, единоличного лидера русского символизма, стал издавать в Москве журнал «Весы». Это был новатор­ский для России журнал, базирующийся на модели французского литератур­ного издания Mercure de France. Брюсов отошел от любимой русской интел­лигенцией модели толстого журнала, который содержит и бел­летристику, и статьи о текущем политиче­ском моменте, эконо­ми­ческую аналитику, рецен­зии на лите­ратуру. «Весы» были журналом поджарым, элегантным и космопо­литическим. Там был колоссальный раздел культурной хроники, писав­шийся корреспондентами, которые жили в Париже, как Волошин, в Берлине, в других европейских центрах. В то же время эта претензия на объек­тив­ность была ма­ской, потому что «Весы» были вопию­ще партийным журналом, который от­стаи­вал принципы, именуемые передовой русской критикой, точнее, критикой, раз­деляв­шей либеральные и народно-демократические взгляды, декадент­ством. Брюсов категори­чески отстаивал абсолютную свободу художни­ка. Это был по-своему эстет­ский журнал, который пропаганди­ровал в изобрази­тель­ном искусстве довольно узкий круг художественных явлений. Например, если бы гипоте­тический читатель «Весов» не откры­вал никакого другого изда­ния, он был бы твердо убежден, что главный художник современности в Евро­пе — французский символист Одилон Редон, настолько большое внимание журнал Брюсова уделял ему.

«Золотое руно» появилось в конце 1906 года как альтер­натива «Весам». Сим­волизм — это была небольшая относи­тельно семья художников, литераторов, театральных деятелей, такие сообщающие­ся, переливаю­щиеся сосуды. Как мы понимаем, это история постоянной дружбы, вражды, соревнования и кон­курен­ции. И, наверное, правы те исследо­ватели литературы, которые говорят о том, что в литера­турном и теорети­ческом отношении «Золотое руно» нахо­дилось в негативной зависи­мости от журнала Брюсова. Причем там, где Брю­сов отстаивал идею абсолютной свободы худож­ника от общества, «Золотое руно» пропа­гандировало идеи мистического анархизма, реалистического сим­волизма и разработанной Вячеславом Ивановым концепции собор­ного твор­чества, которая пыталась прими­рить интел­лигентскую индивидуа­листичность и национальные и социальные задачи, стояв­шие перед русским обществом. Но в нашем контексте роль «Золотого руна» совершенно исключительна. Это снова роль троянского коня. Симво­ли­стский журнал пронес в своем брюхе ту живопись, которая на самом деле опро­вер­гала символизм. И это непростая и любопытная история.

Художественный отдел «Золо­того руна» контролиро­вался сначала молодыми живопис­цами из группы «Голубая роза», которые видели в худож­нике Викторе Борисове-Мусатове пример для подражания, которые вдохновлялись его жи­вописью и которые пожалуй что первыми в нашем искусстве оконча­тельно уничтожили связный сюжетный рассказ. Их живописные произведения подра­жали скорее музыке, чем слову, тому самому совершен­ному искусству, которое мо­жет выражать наши душевные состояния гораздо более истинно, чем вер­баль­ные, потому что «мысль изреченная есть ложь», а мысль, почув­ствован­ная, услышанная и перелитая в музыку, остается подлинностью. И это, конеч­но, очень большое искушение для живописи. Но в то же время внутри худо­же­ственного отдела «Золотого руна» крылась измена, и молодой очень одарен­ный живописец Михаил Ларионов, один из отцов русского авангарда, именно в среде «Золотого руна» стал тем, кем мы его теперь знаем, — худож­ником, который стремительно от соб­ственного варианта импрес­сионизма перешел к живопи­си, вдохновленной Ван Гогом, Гогеном и Сезанном, то есть к тому, что теперь в русском искусствознании называется неопримитивизм.

Этот журнал в своей худо­же­ственной политике стремился естественным об­разом отстра­ниться от «Мира искусства». «Мир искусства» — космопо­лити­ческий, европейский, петербургский журнал — подчер­кивал в русском ис­кус­стве его западную составляю­щую. И вот русский художник-симво­лист Василий Милиоти, когда он пытался склонить Александра Николаевича Бенуа, к тому моменту уже не моло­дого дерзкого критика и искусство­веда, а, в сущ­ности, арбитра вкуса русской живо­пи­си и критики, человека, сформировав­шего свой авто­ритет, — когда он пытался склонить Бенуа к сотрудниче­ству с «Золотым руном», он писал:

«…мы должны идти к самоутверждению вне подражания и слепого по­клонения, к национальному выявлению, поглотив нашей ориен­тально-славянской натурой западную утонченность, вернуться к своей земле, источнику силы, оставаясь самими собой, вырастить цветы общеевро­пей­ской культуры; на вене­циановской почве  То есть на почве живописи национальной, народной, живописи Алексея Венецианова., удобренной Западом, прийти к самоутверждению, которое, верю, будет грандиоз­ным откро­ве­нием. Одним словом, не только „западное“ русское, но и русско-русское нужно вспомнить… В этом вижу я задачу журнала нашего времени». 

Нетрудно догадаться, что эта проповедь утончен­ного ин­тел­лигентского поч­вен­ничества, вполне логичная после космополи­тизма «Мира искус­ства», не встретила большого энтузиазма со стороны Александра Бенуа. И его можно понять, потому что «Золотое руно» поначалу особенно было символом всего того, что претило утончен­ному петербургскому эстету. «Золотое руно» выгля­дело вызывающе дорого. Если мы бы могли раскрыть номер этого журнала, мы были бы поражены тем, насколько плотная и одно­временно фактурная бу­мага использо­вана. Там были вальяжно ши­рокие, совершенно ненужные поля, изысканный шрифт, и первые полгода этот журнал с наклеенными иллюстра­циями под тонкой папи­росной бумагой издавался на двух языках — русском и француз­ском. Это очень интересные амбиции, потому что, если «Мир искус­ства» транслировал в Россию то, что происходило на Западе, «Золотое руно» пыталось транслировать на Запад то, что происходило в моло­дом искусстве в России. То, что этот двуязычный жур­нал продержался только полгода, совер­шенно понятно: реально спроса на «Зо­лотое руно» в Париже не было. Но сама по себе задача научить европейцев рус­скому искус­ству, познакомить их с ним — задача, в общем, очень актуальная, очень показатель­ная. Русские маль­чики, как говорил Достоевский, вернут тебе карту звездного неба исправ­ленной. И вот русские мальчики, усвоившие пер­вые уроки импрессионизма, постимпрес­сио­низ­ма и символизма, постарались показать себя на Западе.

Андрей Рублев. Троица. XV век Государственная Третьяковская галерея / Wikimedia Commons

Надо сказать, что именно в 1906 году состоялось событие, к которому «Золотое руно» прямого отношения не имело, но которое действительно знаменует пер­вый очень важный и решительный шаг похода на Запад: Сергей Дягилев орга­низовал в Осен­нем салоне огромную ретроспективу русской живописи. Соб­ственно говоря, теперь по модели этой ретроспективы строятся все большие выставки русского искусства за гра­ницей. Дягилев начал с иконописи, и то, что для нас звучит более чем естественным, для современников было новатор­ством. Я напомню, что русское интеллигентное общество открывало икону как искусство и как символ национальной идентичности очень постепенно. Для образо­ван­ного русского человека XIX века икона была частью обихода, она была повсюду, поскольку наша страна была официально православной, это была государственная религия. Но то, что повсюду, то вызы­вает меньше всего внимания. Кроме того, старые русские иконы записывались, а не расчищались, когда они теряли свой цвет и их нужно было как-то поновить. Они были скры­ты окладами, лики коптились свечами, и вот та праздничная одухо­тво­ренная радость, которую мы переживаем в Третьяков­ской галерее или Русском музее сейчас, она не была доступна человеку XIX века. Расчистки икон начались до­статочно поздно: в 1905 году была частично раскрыта «Троица» Андрея Рубле­ва. И вот 1913 год, когда прошла выставка к 300-летию дома Романовых, стал точкой невозврата, после которой икона действительно превратилась, с одной стороны, в символ русской национальной идентичности, умо­зрение в красках, а с другой стороны, оказалась чрезвычайно актуальной для современных худо­жественных поисков.

Вот Дягилев интуитивно ощутил эту целостность рус­ского искусства, начав его генеалогию с иконописи, а дальше он сделал не­сколько очень важных ударе­ний. В дягилевской концепции русской живописи очень большую роль играл XVIII век, и мы знаем, что Сергей Дягилев действи­тельно сделал огромные уси­лия для того, чтобы преодолеть то прене­брежи­тельное отношение, которое было воспитано народно-демократической ин­теллиген­цией XIX века к этому аристократическому творчеству, чуждому русскому национальному духу. Дягилев уделял очень большое внимание русской живописи первой половины XIX века и относительно мало показал парижанам передвижников. Зато он раз­вернул очень впечатляющую картину молодых поисков русской живописи, он привез нескольких из этих молодых людей в Париж: Михаил Ларионов, Сергей Судейкин смогли увидеть то, что творится во Франции, в режиме реаль­ного времени. Они видели Осенний салон, и я напомню, что именно в этом Осеннем салоне была колоссальная ретро­спектива Гогена. Гоген был первым постимпрес­сионистом, который был довольно адекватно понят рус­скими художниками. Из всех постимпрессио­нистов самым чуждым нашей традиции остался Ван Гог с его открытым драматизмом, с его совершенно индивидуалисти­ческой взрывной манерой живописи. Наиболее плодотворным оказался Сезанн, но для понимания Сезанна нужна была привычка и нужны были усилия. А вот Гоген оказался русско­му человеку, молодому живо­писцу очень, полагаю, понятным. Он ярок, цветист, экзотичен, поэтому привле­ка­телен. Он содержателен, потому что, в отличие от на­тюр­мортов Сезанна, где драма абсолютно живо­писная — это отношения между яблоком и кофейни­ком, — у Гогена нам рассказана архети­пическая мифология на фоне беско­нечно привлекательной утопии Таити. Неслучайно Гончарова потом давала понять, что для того, чтобы в России найти Таити, нужно сесть на приго­род­ный поезд. Гоген действительно ока­зался очень близок русскому человеку, и здесь совпа­дение нашей экспозиции с его ретроспективой в Осеннем салоне действитель­но является тем, что при­нято называть провиденциальным совпадением.

«Золотое руно» смогло привлечь к сотрудничеству несколько очень важных французских критиков. Это прежде всего Александр Мерсеро, который писал под псевдонимом Эсмер-Вальдор. Это человек, который был одним из центров «Кретей­ского аббатства» — своего рода коммуны в окрестностях Парижа, кото­рая объединяла таких литераторов, как Жорж Дюамель, Шарль Вильдрак, Жюль Ромен, Рене Аркос и других. Затем Мерсеро был очень важным участни­ком кубистического движе­ния и организовывал выставки Мондриана и Бран­кузи. И вот именно Мерсеро, его дружба с теми художниками, которые в эту пору являются участни­ками, являются членами фовистской фаланги, а затем начнут формировать кубизм, позволило «Золотому руну» высту­пить органи­затором нескольких очень важных выставок. Помимо Мерсеро, на страницах «Золотого руна» публиковались статьи Шарля Мориса, это символистский литератор, который был фактически соавтором Гогена в его знаменитой книге «Ноа Ноа», к этому моменту быстро приобретающей статус культовой, по­скольку она воплощала драгоценные для европейского человека инду­стриаль­ной эпохи идеи первобытного эскапизма, побега к естественному человеку в перво­быт­ный рай. И третьим важным уча­­стником «Золотого руна» с фран­цузской стороны был живописец Морис Дени.

Морис Дени был одним из стол­пов группы «Наби» — движения в постимпрес­сио­низ­ме, которое сформирова­лось во Франции в конце XIX века и которое нам особенно дорого, потому что «На­би» поставило перед собой проблему не со­циаль­ной функции искусства впря­мую, а проблему функции искусства как терапии. Дело в том, что «Наби» на исходе XIX века постарались решить ту проб­­лему, которая была осознана романтиками в нача­ле XIX века. Эта проблема — нарастающий распад целост­ности. Искусство XIX века — искусство станковое, а станковая картина произ­во­дится на рынок, когда художник, в общем, не знает, кто ее купит, а может, не ку­пит и никто. И вот это ощуще­ние ненужности художника от момента непроданной картины до экзистен­циаль­ной проблемы художнического одино­чества, отчуж­дения, исключения из прагматичного буржуазного общества, это переживание требовало от искус­­ства решения фундамен­тальной задачи — возвращения искусства в жизнь. Искусство должно формировать среду. XIX век хорошо помнил, что великое искусство — это искусство стиля, где матерью является архитектура и все искусства встроены в единую модель, в единую систему синергети­ческую, которая воздействует на человека целостно. И воз­действие это, в общем, воспи­тательное, преобразующее. Из не­мецкого языка история искусства заимствовала выражение, которое, в общем, используется без пере­вода — Gesamtkunstwerk, то есть цело­стное, интегральное произ­веде­ние искус­ства, в котором различные художества действуют солидарно, но сверх­за­дачей является преображение человеческой души и человеческой на­туры. И вот «Наби», что по-еврейски означает «пророки» — это сознательно приня­тое на себя имя, — по-разному решали эту задачу интегральной худо­жествен­ной среды. Они зани­мались монументально-декоративной живопи­сью, они пыта­лись сформировать монументально-декоративные ансамбли для конкрет­ных квартир и особняков. Собственно говоря, это было немножко парадоксаль­ное решение проблемы, потому что искусство, преобразую­щее человека, — это, в общем, искусство социальное — это искус­ство церкви, театра, вокзала, тех пространств, где собираются массы. «Наби» работали с кланами и семьями, они создавали декорации, и это не приниженное слово. Декоратив­ная эстетика этой поры — одна из центральных художе­ствен­ных и социальных проблем. Декорации для особняков и апартаментов, где человеку должно было быть удобно, где человек чувствовал себя дома, легко, комфортно, где он мог от­дохнуть и одновременно, в случае с Морисом Дени, восстановить потерян­ную символическую традицию. Морис Дени был человеком, который отреф­лекси­ровал идеологию французского национализма и традиционализма. Он попы­тался создать искусство, базирующееся на принципах Раннего Воз­рождения, хри­стианства, воспитывающее представление о великой Франции и ее куль­туре как культуре разума и ясности. И вот этот вот революционер-консерватор был одним из важ­ных участников журнала «Золотое руно».

Из того, что писали русские критики журнала и французы, мы можем понять, что задача на самом деле в художествен­ной области перед «Золотым руном» стояла крайне амби­циозная. Шарль Морис писал на страницах «Золотого руна»:

«Новые течения французского искусства настоятельно взывают к ини­циа­тиве поэта. Именно слово всегда должно повелевать хаосом. Пла­стические ис­кусства после чудных технических открытий, от которых, однако, они погиб­ли бы, оставаясь их зачарованными рабами, ну­жда­ют­ся в порядке, как и само общество. Надо привести в порядок смуту сомне­ний, надо сделать это, и с из­бытком богатства».

Критики и теоретики симво­лизма стремятся здесь адапти­ровать к своим зада­чам тот художественный язык, кото­рый был выработан Гогеном, Сезанном и Ван Гогом. Они стремятся подчинить художе­ственную стихию и художе­ствен­ный механизм, то есть импрессиони­стическое видение, ненавистное им, потому что они видят в импрессио­низме выражение позити­визма, воплощение позитивизма, мироощу­щения, отрицающего трансцендент­ность. Вот в творче­стве Сезанна, Ван Гога и Гогена импрессионисты прочиты­вают прежде всего стоящее за этими холстами мистическое содер­жание. Они пытаются тот абсо­лютно новаторский живописный язык, который они чув­ствуют в полотнах этих живописцев, поста­вить на службу своему мироощуще­нию, своему мировиде­нию. Проблема заключается в том, что развитие совре­менной живописи Евро­пы отрицало этот символистский подход, отрицало вне живописи стоя­щие задачи. И в этом отноше­нии роль «Золотого руна» дей­ствительно парадок­саль­на. Символистская проповедь, символистское стрем­ление создать цело­стную иерархию и превратить современный художе­ствен­ный язык в сред­ство выра­жения универсаль­ных, но не принадлежа­щих живо­писи ценностей, столк­ну­лось с интересами молодого художе­ственного поколе­ния, которое все даль­ше уходило от задач символизма.

Поль Сезанн. Портрет мадам Сезанн в желтом кресле. 1888–1890 годыArt Institute of Chicago

Благодаря усилиям русской худо­жественной редакции и связям Александра Мерсеро в 1908 году, 5 апреля, в Москве открылась выставка «Салон „Золотого руна“». И эта выстав­ка была следующим важнейшим шагом в формиро­вании новой картины миро­вого художе­ственного развития и в приобщении молодой русской живописи к этому развитию после выставки Дягилева в Петер­бур­ге в 1899 году. Она вклю­чала 250 произведений 14 русских и более чем 50 евро­пейских художников, в основном французов. Среди русских мастеров большая часть принадлежала к симво­листам, к «Голубой розе», это были Павел Кузне­цов, Мартирос Сарьян, Василий Милиоти, а также будущие лидеры авангарда Михаил Ларионов и Ната­лия Гончарова. А вот французский отдел представлял собой ретроспек­тиву современной живописи, и в ней достаточно отчетливо прочитывалась импрессионистская составляющая: от Дега и Писсарро к пуан­тилизму — Синьяк, Тео ван Риссельберг, а затем — символизм, там был очень широкий символи­стский спектр — от Одилона Редона к Морису Дени. Что не ме­нее важно, может быть, более важно: впервые на этой выставке были публично показаны в России произведе­ния Сезанна, например «Портрет мадам Сезанн в желтом кресле» из Чикаг­ского художественного института, Гогена и Ван Гога.

Винсент Ван Гог. Ночное кафе в Арле. 1888 годYale University Art Gallery

Ван Гог, например, был пред­ставлен совершенно уникаль­ным ше­девром «Ноч­ное кафе в Арле», который тогда принадлежал Ивану Абрамо­вичу Морозову, а с 1933 года — Стивену Кларку, который, купив его во время ста­линских рас­продаж  Сталинские распродажи — продажа в 1929—1934 годах картин из коллекции Эрмитажа правительством СССР, которая была пред­при­нята, чтобы пополнить бюджет. Всего из запасников и экспозиций было отобрано 2880 картин и другие ценности; 48 картин были проданы безвозвратно (часть впослед­ствии возвращена), в частности полотна Яна ван Эйка, Рембрандта, Рафаэля, Тициана, карт­ины из коллекции фламандской и ни­дерландской живописи. наряду с тре­мя другими произведениями из московского музея нового западного искусства, затем подарил это полотно музею своего родного Йель­ского университета. Кроме того, эта выставка по­казывала про­изве­дения фран­цузского авангарда. Французским авангардом были фовисты, и они были пред­ставлены здесь произве­дениями Матисса (четыре полотна), Брака, Дерена, Ле Фоконье, Метценже, ван Донгена и многих других. Собствен­но говоря, мос­ков­ский зри­тель получил очень представитель­ный срез совре­мен­ного искус­ства, которое одновременно было встроено в ис­торическую последова­тель­ность. Это был уни­каль­ный случай, когда можно было просле­дить живо­пис­ную логику развития от импрес­сиони­стов через постимпрес­сио­нистов к нашим современникам. 

Русская критика отреагировала на эту выставку достаточно разнообразно. Нет смысла приводить комические отклики от журналистов, которые писали о во­пиющих поисках фран­цузской живописи и комических усилиях русских ху­дожников. Правда, можно отметить, что здесь звучал характерный для русской журнали­стики лейтмотив: французы, конеч­но, ужасны, они кочевряжатся, но тем не менее делают это гораздо лучше русских, потому что у них хорошая художественная выучка, а у наших и этого нет. Но было еще два существенных мотива, связанных с тем, чтó русский человек увидел на выставке 1908 года. С одной стороны, русские критики, даже очень симпатизирующие современ­ной французской живописи, продолжали повторять, что фран­цузское искус­ство в основе своей  прежде всего технично и лишено русской одухотворенно­сти. Как говорил Муратов, «лучшие черты русского искусства — его религиоз­ность, его глубина и его лиризм. Главному нам нельзя научиться и не надо учиться у современного Запада — может быть, сейчас и лучше поберечь себя от той технической пустоты, которая теперь там господствует». Собственно говоря, этот отклик вполне в русле общей политики «Золотого руна», а именно придания смысла изо­щренной технике постимпрес­сионистов. Еще один очень важный мотив — это попытка сделать то революционное искусство, которое увидел москвич в 1908 году, понятным образованному читателю. Вот что пи­шет Игорь Грабарь по поводу постимпрессионистов:

«Недаром деды и отцы новейшего поколения Сезанн и Гоген с Ван Гогом так часто предательски „клас­сичны“. Помню, как, придя одна­жды на гогеновскую выставку прямо из Лувра, я был поражен близо­стью того и этого искусства. Хороший Сезанн — почти старый вене­цианец, и первоклассный Ван Гог недалек от Рембрандта. Его „Ночное кафе“, бывшее на выставке, — потрясающее произведение, могущее стать рядом с великими созданиями прошлого. Этот зелено-оранжевый холст, — может быть, лучшее из всего, что было здесь выставлено, — прямо непостижим своей властной, гипнотизирующей убеди­тель­ностью».

Русские модернисты, таким образом, выбрали един­ствен­ную верную стратегию для того, чтобы сделать искусство понятным относительно широкой образо­ван­ной аудитории: нужно было акцентировать в нем то, что соединяет его с при­­выч­ными ценностями — ценностями великой европейской живописи, искусства музеев.

Эта модель выставки, которая одно­временно показывает современность и пред­­­ставляет родословную этой современ­ности, оказалась исклю­чительно актуальной. Ровно этот самый принцип и положил в основу своей новаторской экспозиции в Лондоне в 1910 году Роджер Фрай. Вторая выставка «Золотого руна», в которой участвовали современные западные художники, прошла через год, в январе и феврале 1909 года. У нее была хорошая публика — около восьми тысяч человек, что для Москвы того времени много. И орга­низато­ры ставили своей задачей «ярче осветить особенности развития молодой русской живопи­си и ее новые задачи… подчеркнуть черты развития, общие русскому и запад­ному искусству… Здесь — преодо­ление эстетизма и историзма, там — реакция против неоакаде­мизма, в который выродился импрес­сионизм». Мы видим сно­ва, что здесь сформулирована символи­стская повестка дня, однако показ совре­менной француз­ской живописи саму эту повестку опровергал. В этот раз ретро­спективного отдела не было. Здесь было 152 кар­тины русских и француз­ских живописцев, десять участни­ков французского отдела были поголовно фови­ста­ми. Это были Вламинк, Дерен, ван Донген, Ле Фоконье, Марке и дру­гие. Матисс был представлен относительно невыразительно, потому что в этот момент у не­го в Берлине проходила персональная экспозиция. Но что особенно инте­рес­но — на этой вы­ставке мы впервые увидели явление, опровергаю­щее уже и фовизм.

Жорж Брак. Большая обнаженная. 1908 годMusée National d’Art Moderne

Жорж Брак выставил несколько картин, среди которых были, в сущ­но­сти, фор­мулирующие пробле­матику кубизма, трансформирующие фови­стскую красоч­ность и фови­стскую плоскостность в трехмерные моно­хром­­ные объемы, где главной проб­лемой художника становилась струк­тура, стано­ви­лась самодов­лею­щая конструкция произведения, стремительно при­бли­жаю­щаяся к тому, чтобы стать независимой от внешней реальности объ­екта. И наи­­более эффект­ным примером этой тенденции была так назы­ваемая «Большая обнаженная» Жоржа Брака, которую типологически можно сопо­ста­вить с центральным про­из­веде­нием европейского авангарда начала ХХ века — со знаменитой картиной Пабло Пикассо «Авиньонские девки», которой рус­ский зритель, как и евро­пейский зритель этой поры, видеть практически не мог.

Пабло Пикассо. Авиньонские девки. 1907 годMoMA / © Estate of Pablo Picasso  

Символистские критики жур­нала и этот тренд охарактери­зовали со своей коло­кольни. Вот один из них писал:

«Везде выражается это стремление к син­тезу, к упрощению, к подчер­киванию типических черт в противоположность импрессионизму. Ри­сунки Брака похожи на геометрические чертежи. Брак сводит центр картины к нескольким априорно схваченным им комбинациям. Вокруг этой архитектурной схемы и группируются все детали».

Критик очень точно определил за­дачу Брака, описал впечатле­ние от этой кар­тины, но от не­го укрылось то обстоятельство, что ни Брак, ни его соратник Пикассо не ставили перед жи­во­писью трансцендентных задач. Эта символи­стская по­вестка дня развитием евро­пейской живо­писи, как фран­цузской, так и моло­дой рус­ской, была очень скоро опро­вергнута. Но роль «Золотого руна» в приобщении рус­ского искус­ства к мировому художе­ственному процессу от этого меньше не ста­новится.   

Наталья Семенова — лекция «Матисс. Танец» смотреть и слушать бесплатно онлайн в хорошем качестве. Видео на портале «Культура.РФ»

Мы ответили на самые популярные вопросы — проверьте, может быть, ответили и на ваш?

  • Подписался на пуш-уведомления, но предложение появляется каждый день
  • Хочу первым узнавать о новых материалах и проектах портала «Культура.РФ»
  • Мы — учреждение культуры и хотим провести трансляцию на портале «Культура.РФ». Куда нам обратиться?
  • Нашего музея (учреждения) нет на портале. Как его добавить?
  • Как предложить событие в «Афишу» портала?
  • Нашел ошибку в публикации на портале. Как рассказать редакции?

Подписался на пуш-уведомления, но предложение появляется каждый день

Мы используем на портале файлы cookie, чтобы помнить о ваших посещениях. Если файлы cookie удалены, предложение о подписке всплывает повторно. Откройте настройки браузера и убедитесь, что в пункте «Удаление файлов cookie» нет отметки «Удалять при каждом выходе из браузера».

Хочу первым узнавать о новых материалах и проектах портала «Культура.РФ»

Подпишитесь на нашу рассылку и каждую неделю получайте обзор самых интересных материалов, специальные проекты портала, культурную афишу на выходные, ответы на вопросы о культуре и искусстве и многое другое. Пуш-уведомления оперативно оповестят о новых публикациях на портале, чтобы вы могли прочитать их первыми.

Мы — учреждение культуры и хотим провести трансляцию на портале «Культура.РФ». Куда нам обратиться?

Если вы планируете провести прямую трансляцию экскурсии, лекции или мастер-класса, заполните заявку по нашим рекомендациям. Мы включим ваше мероприятие в афишу раздела «Культурный стриминг», оповестим подписчиков и аудиторию в социальных сетях. Для того чтобы организовать качественную трансляцию, ознакомьтесь с нашими методическими рекомендациями. Подробнее о проекте «Культурный стриминг» можно прочитать в специальном разделе.

Электронная почта проекта: [email protected]

Нашего музея (учреждения) нет на портале. Как его добавить?

Вы можете добавить учреждение на портал с помощью системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши места и мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После проверки модератором информация об учреждении появится на портале «Культура.РФ».

Как предложить событие в «Афишу» портала?

В разделе «Афиша» новые события автоматически выгружаются из системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После подтверждения модераторами анонс события появится в разделе «Афиша» на портале «Культура.РФ».

Нашел ошибку в публикации на портале. Как рассказать редакции?

Если вы нашли ошибку в публикации, выделите ее и воспользуйтесь комбинацией клавиш Ctrl+Enter. Также сообщить о неточности можно с помощью формы обратной связи в нижней части каждой страницы. Мы разберемся в ситуации, все исправим и ответим вам письмом.

Если вопросы остались — напишите нам.

Салон красоты Чистые пруды — «АИДА»

Около станции метро «Чистые пруды» находится салон красоты «АИДА». Расположение позволяет посетителям легко добираться до салона «АИДА» и на авто, и на общественном транспорте. В шаговой доступности находятся станции метро «Тургеневская» и «Сретенский бульвар». Обратившись в салон «АИДА» на Чистых прудах, вы сделаете выбор в пользу профессионализма и комфорта. Здесь вы сможете сделать модную стрижку: мужскую, женскую, детскую – или пройти уникальный комплекс процедур по лечению волос препаратами ведущих мировых брендов: NIOXIN, Kérastase, Sebastian, System Professionals, прекрасно зарекомендовавших себя на рынке здоровья и красоты.

Особое внимание мы уделяем работе с цветом волос. Стремление современных женщин выглядеть стильно и ярко требует делать выбор в пользу окрашивания, выполненного в сложных ультрамодных техниках. Наши мастера не только владеют всеми современными методами окрашивания, но и используют лишь проверенные средства от известных производителей. Эти препараты мягко и бережно окрашивают волосы, одновременно питая их и сохраняя здоровье кожи головы. Стойкие и качественные современные красители дают большой выбор цветов и оттенков, прекрасно закрашивают седину.

Модные парикмахерские тренды стремительно меняются, и чтобы всегда быть в курсе последних тенденций, парикмахеры салонов красоты «АИДА» обучаются у лучших мастеров парикмахерского искусства, которые охотно делятся опытом в международных школах, таких как Vidal Sassoon, Toni&Guy. Поэтому в салоне красоты «АИДА» в районе станции метро «Чистые пруды», как, впрочем, и в других салонах сети, работают только профессионалы высокого класса. При приеме на работу они проходят строгий отбор, а в дальнейшем регулярно посещают курсы повышения мастерства.

В салоне красоты «АИДА» в районе станции метро «Чистые пруды» клиентам предлагают целый спектр услуг. Наши сотрудники – профессионалы в сфере парикмахерского искусства, макияжа, ногтевого сервиса, эстетической и медицинской косметологии. Комплексный подход позволяет достичь в вопросах красоты великолепных результатов. Наши мастера ногтевого сервиса используют все современные достижения в сфере маникюра, предлагают новинки в области дизайна ногтей. Применение препаратов (лаков, гель-лаков и пр.) только мировых известных брендов гарантирует высокое качество и прекрасный эффект.

В салоне красоты «АИДА» (станция метро «Чистые пруды») работают замечательные и опытные врачи-косметологи (у салона есть медицинская лицензия на услуги медицинской косметологии), которые в совершенстве владеют техникой контурной пластики, биоревитализации, мезотерапии и других самых востребованных процедур для омоложения и оздоровления кожи.

Посещение салона красоты «АИДА» на Чистых прудах всегда становится настоящим праздником для тела и души. Приятно, когда можно довериться профессионалам и немного отдохнуть, наблюдая за своим преображением.

Мы рады каждому клиенту и стараемся предлагать только лучшее. Менеджер по сервису с благодарностью примет любое ваше предложение или пожелание. Учет мнения наших клиентов помогает нам становиться лучше и подниматься на новую ступень мастерства. С нетерпением ждем вас в нашем салоне красоты «АИДА» – салоне со знаком качества!

Салон Матисс — Уэст-Блумфилд Тауншип, Мичиган

Салон Матисс — Уэст Блумфилд Тауншип, Мичиган | Групон 6171 Хаггерти-роуд, Уэст-Блумфилд Тауншип, Ми 48322 Направления

Сегодня с 10:00 до 17:00 Все часы

Салон

Клиенты Matisse любят полный салон.Это универсальный магазин, где можно купить все, что вам нужно для красоты, в городке Уэст-Блумфилд, штат Мичиган. Выцветший цвет? Секущиеся кончики? Не волнуйтесь! Этот салон к вашим услугам.

В салоне Matisse в Вест-Блумфилд Тауншип вы можете насладиться полным спектром услуг салона и уйти, чувствуя себя отдохнувшим и расслабленным. В этом учреждении доступны безболезненные и эффективные средства для удаления волос, такие как восковая депиляция.Следите за последними и лучшими тенденциями в области волос в этом салоне, высоко оцененном и модном заведении. Если у вас намечается важное событие, например, собеседование или свадьба, вы можете привести свои ногти в первоклассную форму в этом салоне. Поддерживайте здоровый и сияющий вид с помощью различных процедур салона Matisse.

Исследуйте поблизости

Салон Матисс

Грубер

отзывов о салоне Matisse в West Bloomfield, MI 48322

Отзывы о салоне Matisse

Чудесный салон

Вау, это был потрясающий опыт в салоне! Стив(н) проделал потрясающую работу, даже если он просто убирал мои концы и челку.Определенно вернется и порекомендует друзьям / членам семьи пойти.

Автор 20 декабря 2012 г., 03:23

Мне только что подстригли и покрасили волосы

Кэти только что подстригла и покрасила мои волосы. Она проделала замечательную работу! Я очень требовательна к своим волосам. Мне удобно порекомендовать ей друга.

Автор 25 ноября 2011 г., 11:43

Нельзя стричь волосы Гаса

только начала подстригать по бокам, затем она поднималась все выше и выше на моей голове, пока почти не осталось волос.У меня было около дюймов волос, я сказал ей, что они чуть выше макушки, а при первой стрижке обрезаются на 3 дюйма. 20 баксов за стрижку, должно было быть 10 потому что было хуже бориков

Автор 01 января 2011 г., 08:36

отличное обслуживание клиентов в мире салонов красоты

я увидел Дженнифер в салоне Матисс, какая она была радость. она заставила меня чувствовать себя очень хорошо и смешно. она поправила мне цвет и подстригла я рассказала о ней своим друзьям и теперь они все уходят.. она также была великолепна с волосами моего парня .. она видит, что вам нужно, и хочет создать это для вас. так что, если ты в барах или в церкви, она делает это.. это моя девушка на данный момент на …

Автор 12 июля 2007 г., 15:50

Отличный сервис для мужчин

У меня всегда были отличные впечатления от посещения этого салона. Для парня, который хочет модернизировать Stu, машину для разделки за 5 долларов или мясников BoRics / Fantastic Sams, это ваше место.Не волнуйтесь, вам не придется сдавать свою мужскую карту для посещения этого салона. Все приземленно и весело. Они делают отличную работу за разумную цену.

Автор 29 августа 2006 г., 00:00

Большой салон; Огромное значение; Большой Артистизм

Всем рекомендую этот салон! Стив отличный парикмахер и дал мне отличный цвет. Самое приятное, что он доступен.Действительно лучшее соотношение цены и качества вокруг!

Автор 06 февраля 2006 г., 00:00

Салон Матисса в Вест Блумфилд, Мичиган 48322

Что сообщество может сказать о Салон Матисс

Информация об этом бизнесе (1)

Специалисты по цвету и дизайну

Марокканское масло — Artego — Кератиновое лечение — Pureology

Общая оценка отзыва
Оценка
50%

Топ-3 слова настроения

Общая оценка отзыва
Оценка
50%
Распределение рейтинга
5 звезд
16
4 звезды
0
3 звезды
0
2 звезды
1
1 звезда
0
Нет рейтинга
2
См. дополнительные сведения о репутации

Другие отзывы из сети (19) посмотреть все

Средняя оценка
100

Уже несколько лет хожу к Стиву, одному из владельцев.Он эксперт по цвету, и я всегда получаю именно то, что хочу, с моей стрижкой и выдуванием. Салон неброский и неброский…

Чудесный салон
Средняя оценка
100

Вау, в салоне было потрясающе! Стив(н) проделал потрясающую работу, даже если он просто убирал мои концы и челку. Определенно вернется и порекомендует друзьям / членам семьи пойти.

Мне только что подстригли и покрасили волосы
Средняя оценка
100

Кэти только что подстригла и покрасила мои волосы.Она проделала замечательную работу! Я очень требовательна к своим волосам. Мне удобно порекомендовать ей друга.

Средняя оценка
100

Являюсь клиентом Salon Matisse около четырех лет. Стефани отлично справляется со стрижкой, окрашиванием и укладкой. Я также попросил Джессику сделать мне прическу, когда Стефани была недоступна….

Нельзя стричь волосы Гаса
Средняя оценка
40

только начала подстригать по бокам, потом она поднималась все выше и выше на моей голове, пока почти не осталось волос.У меня было около дюймов волос, я сказал ей, что они чуть выше макушки, а при первой стрижке обрезаются на 3 дюйма. 20 баксов за стрижку, должно было быть 10 потому что было хуже бориков

Описание деятельности (3)

Термальная Str8, Раск, Матрица

С 1999 года компания обслуживает салоны красоты.

Салон Matisse находится по адресу Haggerty Rd 6171. Предлагается следующее: Салоны. Запись присутствует у нас с 9 сентября 2010 г. и последний раз обновлялась 14 ноября 2013 г. В Уэст-Блумфилде есть еще 28 салонов. Обзор можно найти здесь.

Основы красоты

От нормального до исключительного!

Позвольте профессионалу Matisse позаботиться о вас, выбрав превосходный уход за руками и ногами.Давайте позаботимся об этих непослушных кутикулах и вашей сухой, грубой коже. Скорректируем вросшие ногти и удалим мозоли, подошвенные бородавки и натоптыши. Побалуйте себя нежным массажем перед нанесением полироли Zoya — безопасно для детей и беременных женщин — без формальдегида и толуола!

Matisse Уход за руками и ногами

«Если вы хотите сделать маникюр/педикюр в парикмахерской, идите в парикмахерскую к косметологу. Если вы хотите получить спа-процедуры, идите в Matisse Day Spa!» ~ Ева

Маникюр
45 минут 38 $

Экспертный уход за руками, включая ванночку и придание формы ногтям, приручение кутикулы, увлажняющий массаж и полировку на выбор.

~

Спортивный маникюр
45 минут 38 $

Классический маникюр без лака. Ногти полируются до блеска.

~

Спа-маникюр
60 минут 48 $

Маникюр плюс отшелушивающий скраб и увлажняющая процедура, включая парафиновую ванну.

~

Органический маникюр Eminence
60 минут 51 $

Роскошный маникюр с органическим сахарным скрабом Eminence, маской и лосьоном.

~

Мама и я! Маникюр на двоих
$60

Для взрослого и одного ребенка в возрасте от 4 до 12 лет.Нейл-арт входит в услугу для ребенка. Возможно размещение до 2 дополнительных детей.

~

Педикюр
60 минут 60 $

Откройте для себя более мягкую сторону ваших ног. Подрезка и придание формы ногтям на ногах, укрощение кутикулы, шлифовка шероховатостей, массаж голени и ступней с увлажняющей эмульсией, покрытый лаком по вашему выбору.

~

Спортивный педикюр
45 минут 60$

Классический педикюр без лака. Ногти полируются до блеска.

~

Спа-педикюр
75 минут 70 $

Педикюр плюс отшелушивающий скраб и увлажняющая процедура, включая парафиновую ванну

~

Органический педикюр Eminence
75 минут 80 $

Роскошный педикюр со скрабом, маской и лосьоном из органического сахара Eminence

~

Педикюр горячими камнями
60 минут 60 $
75 минут 70 долларов

Теплые базальтовые камни, втираемые в мышцы голени и стопы, снимают любое напряжение и болезненность.

~

Добавить французский лак
15 $
Нейл-арт
От $10
Добавить полироль Shellac
$15

Стойкость до 14 дней, без сколов! Сразу высыхает.

~

Мама и я! Педикюр для двоих
$90

Педикюр для одного взрослого и одного ребенка в возрасте от 4 до 12 лет. Нейл-арт входит в услугу для ребенка. Возможно размещение до 2 дополнительных детей.

~

«Педикюр Matisse не похож ни на что другое! Внимание к деталям превосходит все, где я когда-либо был!» ~А.Ф.


Рефлексотерапия
60 минут$75

Точечный массаж стоп расслабляет и приводит в равновесие все тело.
*при наличии у врача

~


Matisse: парикмахерская и спа-студия — Брукфилд, Иллинойс 60631

   4.8 – 90 отзывов    • Парикмахерская

Являясь салоном Aveda с полным спектром услуг, Matisse специализируется на всем: от стрижки, окрашивания и укладки до ухода за лицом, эпиляции и макияжа.Наша команда находится на вершине всех современных и классических тенденций и ориентирована на обеспечение самого высокого уровня обслуживания клиентов. Мы верим в индивидуальный, дружелюбный подход, специально адаптированный к потребностям каждого клиента. Мы с гордостью предлагаем отмеченную наградами линию продуктов для волос и кожи Aveda, которые являются натуральными и экологически безопасными. Мы верим, что все, что мы наносим на волосы или кожу, влияет на наше здоровье и наше счастье. С нетерпением ждем сотрудничества с вами!

Местонахождение: Mark’s Tuckpointing & Remodeling, Inc.

Здоровье и безопасность:  Требуется предварительная запись · 

часов

09 13
Среда 10:00 до 18:00
Четверг 10:00 до 18:00

часа могут отличаться

Пятница

(Черная пятница)

10:00 до 16:00

часа может отличаться

Суббота 9:00 9 am-5pm
понедельник в понедельник вторник 10 Am-8pm

Адрес и контактная информация

Адрес: 6400 W Raven St, Чикаго, Иллинойс 60631 Телефон: (773) 594-6400 Веб-сайт: http://www.matissehairstudio.com/

Фотогалерея

Связанные веб-результаты

Edgebrook Hair, Spa, Salon – Matisse

Matisse – парикмахерская и спа-студия недалеко от Норвуд-Парка, Джефферсон-Парк, Парк-Ридж, Иллинойс. Мы специализируемся на балаяже, ярком цвете, уходе за лицом Aveda и …




Сводка отзывов

Кейт Дисбро

Отличный сервис, лучшие стрижки и самые приятные девушки вокруг

Тина Бильба

Я заплатил полную цену и дал ей чаевые.

Джанет Хейнс

Это было так приятно, и люди замечают, насколько лучше выглядит моя стареющая кожа.

Lavinia Sofinet

Положительное: Профессионализм, Качество, Ценность На прошлой неделе я впервые посетил это место. Я специально искал кого-то, у кого был большой опыт работы с яркими цветами, так как я хотел определенный розовый цвет. Шеннон был великолепен, и конечный результат оказался лучше, чем я надеялся. Я обязательно вернусь, так рада, что нашла ее! Большое спасибо!! Услуги: Окрашивание волос, Укладка, Стрижка

Джианна Санникандро

Положительные стороны: Чистота, Профессионализм, Пунктуальность, Качество, Ценность Очень нравится этот салон.На этот раз Шанна подстригла мне волосы, и она была великолепна! Она помогала предлагать новые шампуни и кондиционеры для моего типа волос. Она была полезной, профессиональной и сделала именно то, что я просил / хотел! 11/10 опыта!! Услуга: Стрижка

Доступ к YourBliss

Шэннон сделала мне потрясающую стрижку и укладку, а Арден был очень дружелюбным и действительно нашел время, чтобы вымыть, почистить и привести в порядок мои супер длинные спутанные волосы. Я чувствовал себя очень внимательным, и они были гибкими в отношении того, что я хочу, и все они были многозадачными и вместе заботились о клиентах.Очень дружелюбная и профессиональная обстановка, а пространство представляет собой угловое место с большим количеством солнца и отличными сидячими местами, пока вы ждете. Очень понравились настоящие растения внутри! Очень рекомендую работу Шеннон!Услуга: Стрижка

Получить больше отзывов

Связанные

Салон Матисса в Вест Блумфилд, Мичиган

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: В нашей базе данных для предприятий под названием «Салон Матисс» в Уэст-Блумфилде, штат Мичиган, имеется 2 кредита PPP на общую сумму 55 925 долларов США.Обычно это происходит из-за того, что один и тот же бизнес получает как первый, так и второй кредиты, но также может включать в себя предприятия с аналогичным названием, но не связанные между собой, несколько филиалов одного и того же бизнеса, ошибочные несколько заявок или потенциальное мошенничество. Нажмите на каждый кредит ниже, чтобы увидеть полную информацию.

Salon Matisse — это подразделение корпорации, расположенное по адресу 6171 Haggerty Rd в Уэст-Блумфилде, штат Мичиган, которое в марте 2021 года получило ссуду PPP, связанную с коронавирусом, от SBA в размере долларов США 15 625,00 .

$ Информация о кредите ГЧП

Кредит #9259348608

Салон Matisse в Уэст-Блумфилде, штат Мичиган, получил ссуду для защиты зарплаты в размере 15 625 долларов США через Citizens Bank, Национальная ассоциация, которая была одобрена в марте 2021 года.

Этот кредит был выплачен кредитором и еще не полностью погашен или прощен. SBA не сообщает точный статус текущих кредитов.

Оценка заработной платы на основе формулы приемлемости кредита SBA PPP
Понимание формулы SBA для определения приемлемости кредита PPP

Самый простой способ описать стандартный расчет ППС состоит в том, что предприятия имеют право на получение максимального кредита ППС до 2.5 x среднемесячная заработная плата за 2019 год составляет . Однако конкретные методы расчета различаются в зависимости от типа объекта и имеют многочисленные ограничения.

Подробнее
  • Для большинства корпораций и некоммерческих организаций «расходы на заработную плату» включают валовую заработную плату и чаевые, оплачиваемые работодателем медицинские страховки и пенсионные взносы, а также некоторые налоги на заработную плату.
  • Для самозанятых лиц и индивидуальных предпринимателей сумма ППС основана на Приложении C (либо валовой доход, либо чистая прибыль в зависимости от ситуации, плюс валовая заработная плата и т. д., если помимо владельца есть другие работники)
  • Во всех случаях заработная плата или чистая прибыль свыше 100 000 долларов США ограничены 100 000 долларов США для целей расчета ППС.
  • Для новых предприятий, не действовавших в 2019 году, доступны альтернативные учетные периоды

Пожалуйста, ознакомьтесь с последними официальными правилами расчета PPP SBA для полного объяснения методов расчета суммы кредита PPP.

Понимание оценок заработной платы на основе суммы ППС

Обратите внимание, что расчеты заработной платы основаны на упрощенной формуле приемлемости PPP и не учитывают такие факторы, как заработная плата свыше 100 000 долларов США и другие компоненты приемлемости PPP.

Подробнее

Для Salon Matisse расчет, используемый для оценки затрат на заработную плату, показан ниже:

(15 625 долл. США / 2,5) * 12 = 75 000 долл. США

Могут существовать ситуации, в которых может быть неточной оценка расходов на заработную плату получателя PPP на основе суммы полученного кредита PPP.Эта оценка предполагает, что получатель PPP подал заявку на получение полной суммы, на которую он имел право, и никакие другие переменные не повлияли на полученную сумму кредита.

  • Поскольку заработная плата для целей участия в PPP ограничена 100 тысячами долларов, предприятия с высокооплачиваемыми сотрудниками будут давать заниженную оценку фактических затрат на заработную плату.
  • Кроме того, поскольку этот стандартный расчет основан на максимальной приемлемости кредита, он будет недооценивать расходы на заработную плату, если компания не подала заявку на получение полной суммы кредита, на который она имела право, исходя из расходов на заработную плату в 2019 году и других описанных переменных. над.

Обратите внимание: информация о расчетной заработной плате и компенсациях, основанных на правилах PPP, предоставляется только в информационных целях.

Основываясь на стандартной формуле приемлемости PPP, можно оценить расходы на заработную плату, представленные компанией в ее заявке PPP (подробности см. выше). Чтобы получить право на получение суммы кредита PPP, расходы на заработную плату Salon Matisse в 2019 году оцениваются как минимум в 75 000 долларов США .

Исходя из их заявленных 2 сохраненных рабочих мест, это равняется предполагаемой средней годовой компенсации в размере 37 500 долларов США на одного работника 1

Сообщено об использовании доходов PPP:

В заявке на ГЧП Salon Matisse сообщил о намерении использовать средства, полученные по кредиту ГЧП, на следующие расходы:

  • Заработная плата: $15 623
  • Коммунальные услуги: $1

Деловая информация — Салон Матисса в Вест Блумфилд, Мичиган

Похожие компании рядом с West Bloomfield

В районе Уэст-Блумфилд 87 предприятий отрасли «Салоны красоты» получили ссуду ГЧП.Эти местные предприятия сообщили о среднем количестве 4 сотрудников (по сравнению с 2 сотрудниками этой компании) и получили средний кредит PPP в размере 24 231 долларов (по сравнению с 15 625 долларов США) этой компании.

Похожие предприятия поблизости, получившие финансирование PPP:

Чаунсеа Гарфилд
Уэст-Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 20 170 долларов США

Келси Макдональд
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 20 832 долл. США

Аллахна Этуотер
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 20 833 долл. США

Симона Виг
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 2049 долларов США

L&G Trading 2014 LLC
West Bloomfield, MI

Кредит ГЧП на сумму 9 621 долл. США

Salon Rush Inc Salon Rush
West Bloomfield, MI

Кредит ГЧП на сумму 7800 долларов США

Анжела Пэйлор
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП в размере 4800 долларов США

Тиара Уильямс
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 15 025 долларов США

Душон Шеперд
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 20 832 долл. США

Отраслевая сравнительная статистика по ППС

По всей стране 459 305 предприятий отрасли «Салоны красоты» получили в общей сложности 90 426 8 долларов.59B по кредитам ГЧП. На эти предприятия приходится 4% от общего числа поданных заявок в рамках ГЧП, и они получили 1% от общего объема выделенного финансирования в рамках ГЧП.

Получатели PPP в этой отрасли сообщают, что в среднем 2 сотрудников , ту же сумму сообщил Салон Матисс и получил средний кредит PPP в размере 18 694 долларов США, что на 20% больше, чем кредит этой компании в размере 15 625 долларов США.

Salon Matisse — это подразделение корпорации, расположенное по адресу 6171 Haggerty Road в Уэст-Блумфилде, штат Мичиган, которое получило кредит PPP, связанный с коронавирусом, от SBA в размере 40 300 долларов США.00 в мае 2020 г.

$ Информация о кредите ГЧП

Кредит #8133427307

Салон Matisse в Уэст-Блумфилде, штат Мичиган, получил ссуду на защиту зарплаты в размере 40 300 долларов США через Citizens Bank, Национальная ассоциация, которая была одобрена в мае 2020 года.

Статус этого кредита сообщается SBA как «Полностью выплаченный», что включает как погашенные кредиты, так и кредиты, полностью освобожденные от погашения в соответствии с руководящими принципами PPP. Статус кредита последний раз обновлялся SBA в июне 2021 года.

Оценка заработной платы на основе формулы приемлемости кредита SBA PPP
Понимание формулы SBA для определения приемлемости кредита PPP

Самый простой способ описать стандартный расчет ППС заключается в том, что предприятия имеют право на получение максимального кредита ППС в размере до 90 426 2,5 x средние ежемесячные расходы на заработную плату в 2019 году 90 024. Однако конкретные методы расчета различаются в зависимости от типа объекта и имеют многочисленные ограничения.

Подробнее
  • Для большинства корпораций и некоммерческих организаций «расходы на заработную плату» включают валовую заработную плату и чаевые, оплачиваемые работодателем медицинские страховки и пенсионные взносы, а также некоторые налоги на заработную плату.
  • Для самозанятых лиц и индивидуальных предпринимателей сумма ППС основана на Приложении C (либо валовой доход, либо чистая прибыль в зависимости от ситуации, плюс валовая заработная плата и т. д., если помимо владельца есть другие работники)
  • Во всех случаях заработная плата или чистая прибыль свыше 100 000 долларов США ограничены 100 000 долларов США для целей расчета ППС.
  • Для новых предприятий, не действовавших в 2019 году, доступны альтернативные учетные периоды

Пожалуйста, ознакомьтесь с последними официальными правилами расчета PPP SBA для полного объяснения методов расчета суммы кредита PPP.

Понимание оценок заработной платы на основе суммы ППС

Обратите внимание, что расчеты заработной платы основаны на упрощенной формуле приемлемости PPP и не учитывают такие факторы, как заработная плата свыше 100 000 долларов США и другие компоненты приемлемости PPP.

Подробнее

Для Salon Matisse расчет, используемый для оценки затрат на заработную плату, показан ниже:

(40 300 долл. США / 2,5) * 12 = 193 440 долл. США

Могут существовать ситуации, в которых может быть неточной оценка расходов на заработную плату получателя PPP на основе суммы полученного кредита PPP.Эта оценка предполагает, что получатель PPP подал заявку на получение полной суммы, на которую он имел право, и никакие другие переменные не повлияли на полученную сумму кредита.

  • Поскольку заработная плата для целей участия в PPP ограничена 100 тысячами долларов, предприятия с высокооплачиваемыми сотрудниками будут давать заниженную оценку фактических затрат на заработную плату.
  • Кроме того, поскольку этот стандартный расчет основан на максимальной приемлемости кредита, он будет недооценивать расходы на заработную плату, если компания не подала заявку на получение полной суммы кредита, на который она имела право, исходя из расходов на заработную плату в 2019 году и других описанных переменных. над.

Обратите внимание: информация о расчетной заработной плате и компенсациях, основанных на правилах PPP, предоставляется только в информационных целях.

Основываясь на стандартной формуле приемлемости PPP, можно оценить расходы на заработную плату, представленные компанией в ее заявке PPP (подробности см. выше). Чтобы получить право на получение суммы кредита PPP, расходы на заработную плату Salon Matisse в 2019 году оцениваются как минимум в 90 426 193 440 долларов США .

Исходя из заявленных ими 5 сохраненных рабочих мест, это равняется предполагаемой средней годовой компенсации в размере 90 426 38 688 долларов США на одного работника 1

Сообщено об использовании доходов PPP:

В заявке на ГЧП Salon Matisse сообщил о намерении использовать средства, полученные по кредиту ГЧП, на следующие расходы:

Деловая информация — Салон Матисса в Вест Блумфилд, Мичиган

Похожие компании рядом с West Bloomfield

В районе Уэст-Блумфилд 87 предприятий отрасли «Салоны красоты» получили ссуду ГЧП.Эти местные предприятия сообщили в среднем о 4 сотрудниках (по сравнению с 5 сотрудниками этой компании) и получили средний кредит PPP в размере 24 231 долларов (по сравнению с 40 300 долларов США) этой компании.

Похожие предприятия поблизости, получившие финансирование PPP:

Чаунсеа Гарфилд
Уэст-Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 20 170 долларов США

Келси Макдональд
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 20 832 долл. США

Аллахна Этуотер
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 20 833 долл. США

Симона Виг
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 2049 долларов США

L&G Trading 2014 LLC
West Bloomfield, MI

Кредит ГЧП на сумму 9 621 долл. США

Salon Rush Inc Salon Rush
West Bloomfield, MI

Кредит ГЧП на сумму 7800 долларов США

Анжела Пэйлор
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП в размере 4800 долларов США

Тиара Уильямс
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 15 025 долларов США

Душон Шеперд
Вест Блумфилд, Мичиган

Кредит ГЧП на сумму 20 832 долл. США

Отраслевая сравнительная статистика по ППС

По всей стране 459 305 предприятий отрасли «Салоны красоты» получили в общей сложности 90 426 8 долларов.59B по кредитам ГЧП. На эти предприятия приходится 4% от общего числа поданных заявок в рамках ГЧП, и они получили 1% от общего объема выделенного финансирования в рамках ГЧП.

Получатели PPP в этой отрасли сообщают, что в среднем 2 сотрудников , На 60% ниже , чем в Salon Matisse, сообщило о 5 сотрудниках и получило в среднем ссуд PPP в размере 18 694 долларов, на 54% ниже , чем ссуда этой компании в размере 40 300 долларов.

Информационная политика PPP FederalPay

Данные о ссуде для защиты зарплаты были обнародованы Управлением по делам малого бизнеса (SBA) для всех частных компаний, получивших ссуду PPP.

Вся информация, отображаемая на этой странице, является общедоступной информацией в соответствии с рекомендациями по кредитам PPP в соответствии с 5 U.S.C. § 552 (Закон о свободе информации) и 5 ​​U.S.C. § 552a (Закон о конфиденциальности) и публикуется без изменений, как это предусмотрено SBA. FederalPay не изменяет данные и не претендует на их точность.

Любые исправления или модификации этих данных могут быть сделаны только через SBA. Для получения дополнительной информации ознакомьтесь с Политикой данных FederalPay PPP.

1. Оценки только для информационных целей. Расчеты заработной платы и заработной платы предполагают, что заемщик использовал стандартный расчет ППС, равный 2,5 x среднемесячные расходы на заработную плату за 2019 год, для определения права на получение кредита ППС. Методы расчета различаются в зависимости от типа объекта. Пожалуйста, ознакомьтесь с последними официальными правилами расчета PPP SBA для полного объяснения методов расчета суммы кредита PPP.

2. Если заявленное количество сотрудников компании, разделенное на максимальную сумму диапазона ППС в соответствии с SBA, превышает 100 000 долларов США, предполагаемый максимальный кредит по ППС, полученный компанией, может быть скорректирован в сторону уменьшения, чтобы предположить, что годовая заработная плата на одного работника не превышает 100 000 долларов США. используется в приложении PPP.Хотя сотрудники компании могут зарабатывать больше, 100 000 долларов США на одного сотрудника — это максимальная сумма, которую можно использовать при расчетах права на участие в программе PPP.

Были ли полезны инструменты открытых данных FederalPay.org? Подумайте о пожертвовании!

SDMA «От Моне до Матисса» — подробный взгляд на импрессионистов

Весна 1874 года в Париже потрясла мир искусства. Куратор европейского искусства Художественного музея Сан-Диего Майкл Браун объясняет:

«Первая так называемая выставка импрессионистов проводилась как своего рода параллель или спутник напротив официального парижского Салона», — рассказал он.«Он оставил позади академическую подготовку и следовал идее эффектов света, эффектов цвета и очень спонтанного нанесения масляной краски на холст. Некоторые были откровенно оскорблены тем, что делали эти художники».

Среди этих художников были Камиль Писсарро, Альфред Сислей, Берта Моризо и Клод Моне, чье «Впечатление, восход солнца», картина порта Гавра, его родного города, дала имя движению импрессионистов.

Работы этих художников-трансформаторов, а также картины постимпрессионистов Поля Сезанна, Пабло Пикассо, Пьера Боннара и Анри Матисса составляют более 60 на новой выставке SDMA «От Моне до Матисса: шедевры импрессионистов от Фонда Бемберга», которая открывается в субботу. .

Эта коллекция прибыла в Сан-Диего из Тулузы, Франция, где ее постоянный дом в отеле d’Assezat находится на реконструкции. «От Моне до Матисса» — вторая выставка Bemberg, организованная исполнительным директором SDMA Роксаной Веласкес для поездки из Европы. В прошлом году музей в парке Бальбоа представил «От Кранаха до Каналетто: шедевры фонда Бемберга».

Куратор Браун называет выставку «От Моне до Матисса», в которой представлены работы с 1870-х по 1930-е годы, «столь же, если не более обширной, чем работы старых мастеров («от Кранаха до Каналетто»).Это коллекция, которая не путешествовала раньше и, вероятно, не будет путешествовать в течение очень долгого времени».

Коллекционер Жорж Бемберг, скончавшийся в 2011 году, обладал «эстетикой красоты», сказал Браун. «Он очень ценил подход импрессионистов к цвету и свету».

Это было сердцевиной духа импрессионистов. «Это невероятное и очень смелое движение началось с идеи рисовать на открытом воздухе», — сказал Браун. Но предшествовавшая им история не осталась незамеченной импрессионистами.

«Все они очень хорошо разбирались в истории искусства, — объяснил Браун. «(Эдуард) Мане был доимпрессионистом, но он оказал большое влияние на остальных художников-импрессионистов. Он, Моне и многие другие художники глубоко ценили картины старых мастеров, особенно тех художников, которые работали более открытой кистью, таких как (Франсиско) Гойя и (Диего) Веласкес. Эта свобода прикосновения и была движущей силой движения».

«Портрет сына художника Феликса в юбке», Камиль Писсарро (1883, холст, масло)

(Фонд Бемберга)

полувека проявился в различных художественных течениях, некоторые из них недолговечны.«В них также использовались различные эксперименты с цветом и светом, — сказал Браун, — и все это было частью этого стремления к модернизму».

«Ответственные движения проложили путь таким художникам, как Пикассо и Матисс, которые оба представлены на выставке (SDMA) и которых не обязательно считают импрессионистами, но они, безусловно, находились под влиянием этого движения и интересовались им».

Браун считает, что время проведения выставки «Моне и Матисс» в SDMA идеально.

«Когда мы возвращаемся в музеи, мы можем оценить великую красоту, а также огромное мужество этих художников, которые работали против течения», — сказал он.«Они также практиковали искусство, которое сегодня доступно нашим посетителям».

«Лодки на пляже в Этрете» Клода Моне (1883, холст, масло)

(Фонд Бемберга)

Среди произведений, представленных на этой выставке

• Картина Моне 1883 года с пляжа в Этрете в Нормандии. «Это было одно из мест, которые он и его жена часто посещали, когда были еще живы», — сказал Браун. «Это был год, когда он переехал в Живерни, где начал строить там знаменитые сады.”

• Портрет Писсарро его сына Феликса, который иллюстрирует склонность импрессионистов к живописи домашних сцен. «Они начали изображать свои семьи как главные объекты своих произведений искусства», — сказал Браун.

• В том же духе другая картина Эдгара Дега изображает женщину, расчесывающую волосы. «Эти повседневные занятия и члены семьи, которые были бы неприемлемы в академической работе, — это то, что интересовало импрессионистов, — сказал Браун, — и это революционно.

Моризо хоть и была единственной женщиной на первой выставке импрессионистов в 1874 году, была одной из самых успешных ее художниц. «Она не соответствовала тому, что делали другие импрессионисты, — сказал Браун, — и ее мало заботило то, что говорили критики. Эта свобода действительно позволяла ей экспериментировать с манерой письма и подходом. Ее картины маслом часто напоминали пастель. Она использует очень сухую кисть, чтобы нарисовать блики, проводя кистью по верхнему слою поверхности краски.В экспозицию включена картина ее дочери Джулии, которая сама стала художницей. (Морисо была замужем за братом Мане, Эженом, тоже художником.)

Поля Синьяка «Колокольня Сен-Тропе», которую Браун называет «одной из звезд шоу. Посетители увидят это, как только войдут в первую галерею выставки».

Изображение юга Франции Матисса — более мрачное, чем многие могли себе представить об этом популярном курорте.Браун называет это «почти изучением погоды и образования облаков». Это немного другая сторона Матисса».

Также на выставке: произведения Пьера-Огюста Ренуара, Сислея, Боннара и работы на бумаге Пикассо, Моризо, Сезанна, Амедео Модильяни и Анри де Тулуз-Лотрека.

«От Моне до Матисса: шедевры импрессионистов от Фонда Бемберга»

Когда: 19 марта — авг. 7

Где: Художественный музей Сан-Диего, 1450 Эль Прадо, Парк Бальбоа

Билеты: 20-25 долларов (5 долларов для молодежи 7-17 лет)

Онлайн:

4 1-2-19 23 Онлайн: sdmart.

Leave a Reply

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.